Скрыть:

15 сентября 2008
Шол дождь. Как щас помню. Небо такое хмуро-сопливое, мысли суицыдные, груди висят уныло. Жизнь гавно.
А когда жызнь гавно, что происходит? Правильно. Кто-то тебе звонит. Звонит, чтобы сообщить тебе о том, что дождь идёт, небо хмуро-сопливое, сисек нету, и жыть не хочецца. Не знаю как вам, а мне почему-то в такие сложные моменты всегда звонит Ершова.
- Привет! – Трупным голосом здороваецца Ершова, а я молчу. – Что, тоже всё хуёво, и сиськи как-то несвеже выглядят?
- Угу. – Подаю голос, и смотрю в окно. Там кал полный. – Я хочу умереть.
- Я тоже. – Ершова знает, когда мне нужна поддержка. – Я тоже. Так сделаем это вместе! Приходи щас ко мне. У меня текила есть.
Текила это хорошо. Вернее, плохо. С текилы я быстро нажыраюсь, и меня тошнит. Но в такой хмуро-сопливый день такие мелочи как-то похуй. Ниачём. Всё равно умирать не севодня, так завтра.
Собираюсь, выхожу на улицу, иду к Ершовой. Возле её подъезда наступаю в чей-то какашняк, но даже не говорю «Блять, штоп тебя пидоры казнили, сука». Я просто иду к Ершовой.
Пить и умирать.
12 сентября 2008
В тринадцать лет врачи обнаружили у Васеньки мозг. Вася лежал внутри большого белого аппарата МРТ, а в коридоре небольшой круглощекий доктор приводил в чувство Марфу Эрленовну, маму Васеньки.
- Марфа Эрленовна, да успокойтесь Вы! - доктор явно не был рад такому счастью на свою голову, но розовые щеки его излучали нежное спокойствие специалиста - это же не смертный приговор!
Марфа Эрленовна, провинциальная дама, дояр высшей категории по профессии, согнулась в беззвучном рыдании:
- Васенька, кровинушка моя!!! Как же дальше жииииииииитьь!!!!
Доктор взял ее за руку и спокойным тоном произнес:
12 сентября 2008
Наполеон слез с лошади, обошел лошадь сзади и заглянул ей в глаза.

— Свинья! — громко сказал Наполеон.

— Сам дурак! — не растерялась лошадь. Они постояли немного, переминаясь с ноги на ногу. У лошади ноги были длиннее. У Наполеона их почти не было. Зато у него имелись шпоры.

— Да ты сам посуди... — опять стала оправдываться лошадь. — Страна большая, а дорог нету. Дорог нету, а указатели стоят. Указатели стоят, а понять ни хрена нельзя...

— Сука! — взвизгнул Наполеон. Пока лошадь излагала, здоровенный русский комар укусил его и, избегнув пощечины, улетел на восток, наверняка с доносом Кутузову. — Падаль степная! Я на хера тебе компас повесил?! Я на хера тебе шоры снял?! Чтоб ты, гнида рейтузная, в Сибирь меня увезла?!!
Да что ж ты сволочь делаешь, башку мне, что ли оторвать хочешь? Легче парень, видишь, плечи застряли. Аккуратней Рошаль, чуть в тазик не уронил. Видишь я скользкий какой. Давай пуповину руби. Не, ну и зачем столько? Для красоты что ли?

Сказать в слух, вот же обалдеют. Неа, смолчу, больно чести много. Ах, так ты гад драться? Ааааааааааааааааааааааааааааааааа…

Лежи тут вам клоуном. Ну что забегали, загомонили. А, понял, вот же клуша сонная, разлеглась. А послед за тебя чё Голсуорси рожать будет? И утомили, уже пожрать пора.

Ну, ты что демон, вовсе обнаглел, куда ты меня суешь? Ааа, так это из тебя я, что ли выпал? Ну, так то ничего дамочка, справная. Ладно, мамкой звать буду.

Ничего себе у тебя титька, ты меня удушить, что ли хочешь ведьма. Аккуратней, и волосья вкруг соска могла бы догадаться повыдергивать. Салага …
Всё началось, когда, как это иногда случается, Света, секретарь генерального вызвала всех начальников отделов типа на совещание. Наш главный дедушка сподобилса съездить в москву на семинар по управлению кадрами и теперь дрочил от нетерпения излить на нас полученную житейскую мудрость. Мы и сидели теперь блять как пингвины за пошарпанным столом для заседаний, водили пальцами по липким кругам от чая и пива, и зевали. А тем временем, босс пиздел чего-то несусветное про корпоративную культуру, мотивации и ещё какую-то хуйню. Было скучно до безобразия, пока босс не заключил:
-… но вот я потом поговорил с руководителем одной корпорации и он открыл мне по секрету ключ успеха, чтобы все работали как надо. Он звучит просто, простите за грубость: «ебать их надо блять без вазелина чтоб шевелились… чуть что сразу на ковёр к себе и ебать!». Знаете, я долго думал над этим на обратном пути и пришёл к выводу, что в таком подходе есть рациональное зерно. Поэтому, дорогие коллеги, я купил за счёт нашего завода этот ковёр, который вы уже все видели, рад что он вам понравился. Так я не намерен больше прощать ошибок в работе! – мы переглянулись и покосились на ковёр, а он продолжал – но есть одно НО: я не могу ебать мужиков, воспитание не позволяет. Поэтому мы поступим следующим образом… Я возьмусь на кадровую работу с женской половиной персонала, а вами – он сурово зыркнул на нас с Лёхой и Мишкой, видимо займётся Светочка.